Полёт из трёх фразВалик заводился.Коля крестился. Вытянутая правая рука буксировщика. Кивок головой. Разбег. Правая рука Коли на рукоятке управления колесом. Нас немного кидало при разбеге. Отрыв. Кач влево. Кач вправо. Влево! Вправо! Влево! Вле-е-е-во-о-о-о...... Вообще, я считаю, время на ЧУ я провёл с пользой. Ну, во-первых, за моей палаткой расположилось «Café Del Marin».  С утра я рано просыпаться и подрываться не люблю. Посему, после пробуждения, валялся в своей палатке, постепенно доходя до окончательного возвращения в реальность, и слушал балачки «перцев» за чашечкой кавы. Во-вторых, я оказал посильную помощь в организации соревнований: Тиховский РПел, я толкал взлетавших в килевую. Ну и обязанности фотокора с меня никто не снимал.    В-третьих, исходя из вторых, я работал за идею! За идею развития дельтапланеризма! Хотя бы в моём конкретном частном случае! По договорённости я, за обслуживание лётного дня, имел право на две затяжки. А и ещё какие-то деньги платили. Эти условия касались всей стартовой бригады. Конечно, я там ничего не налетал. Та и ничего. Главное – положено начало моих буксировочных полётов! Ну и Танюхиных тоже. С чего ж начать? – думал я! Ибо перед поездкой было известно, что Сергеев негативно относиться к учёбе во время соревнований. А договорённость о буксировке стартовой бригады появилась после приезда только. Тиховский в учителя по аэробуксировке не котировался, сам себя в этом деле считает чайником и работает над количеством аэростартов. Посему, учителями мне стали все окружающие-буксирующиеся. Ну и, конечно же, буксирующие! Опять таки, нахождение под боком «Café Del Marin» этому способствовало. Для себя я сложил себе такую схему подхода к обучению: выяснение аспектов управления аппаратом за буксиром; наблюдение; тандемные полёты; самостоятельные полёты.  Ну вот напсрашивался, насмотрелся. Дело подходит к практике. А тандем – это Сергеев! Кроме того, что он занят и у него до этих дел нет времени, мы с ним не мелкие мальчики!!! Только суммой масс своих тел без ботинков мы тандем перегружали на 20 кг! Нда... Это его озадачило. Но я уже знал решение проблемы – это Николай Половый!!! После моей пропозыции Сергеев поднял глаза вверх, задумался и изрёк: - Я подумаю. А к этому времени я уже от Коли наслушался баек о его тандемных полётах с Дробышевым. О том, как они его облётывали. Как вдвоём пытались его сорвать. Как они в полёте, друг другу анекдоты рассказывали... Ну, в общем, я уже хотел с ним лететь! И, как бы, подытожил, что по массогабаритным вычислением, мне, кроме как с ним – больше и не с кем. Да и вообще, другие говорили, что Сергеев не даёт управлять во время буксировки. А с Колей, я чувствовал, будет что-то интересное - Чо ты так со мной хочешь лететь? – спросил он. - Карма у тебя положительная! – говорю я, - Мне подходит! В общем, подошло время Х. Мы на взлётном поле, собираем тандем. Первой с Сергеевым полетела Танюха. Ещё на разбеге аппарат качался из стороны в сторону. После отрыва тоже были качи, но Палыч их умело отработал. После их приземления мы с Колей начали готовиться. - Вспоминай анекдоты, Коля! - говорил я ему. Я подцепился за самую верхнюю петлю подцепа в своей подвеске слева от него. Он показал, где и как держаться. Легли. Оказалось, что я низковато висю. Понажимал на педальку - вроде по максимуму. Я тогда не знал, что она поломалась. Ну да ладно. Вроде как Коле нормально. Итак – началось. Валик завёл двигатель. Я обхватил Николая. Коля перекрестился, шепнул: «С Богом», и положил руки на спидбар и ручку правого колеса. Валик вытянул правую руку. Коля качнул головой. И мы понеслись! Тандем поехал по травянистому полю, переваливаясь то влево, то вправо. Отрыв. Кач влево. Кач вправо. Влево! Вправо! Влево! Вле-е-е-во-о-о-о…….. Коля изо всех сил упёрся левой рукой в спидбар. Так, что мне передалась дрожь его мышц. - УПРАВЛЯЙ ... ТВОЮ МАТЬ!!!! Я положил свою левую руку рядом с его и дотолкнул трапецую. Но чувствую, что уже поздно. Левая консоль уже смотрела в пшеницу. И носовой узел уже вроде как тоже собирался посмотреть туда же. Я поймал взглядом отцеп. Голос мой был спокойным и с чуточку наивной интонацией: - Дёргать? - Дёргай. – а в интонации Николая слышалось: «Ну,... раз раз такое дело,... и тебе тоже эта ситуёвина не нравиться...» Дёрнул. С левым разворотом выкрутились и стали курсом по ветру вдоль пшеничного поля на небольшой высоте. Так в него и садились. Тут я было заволновался! Посадка по ветру! В пшеницу! А потом вспомнил, что тандем с колёсами, и расслабился. Правда, морду колосками похлестало и полная подвеска зерна была. Но ничего. Выкатили аппарат с поля. Красиво мы там всё покосили! - Ну ты как? - Да ничего! – отвечаю Коле. - Как твоя карма? - В порядке! Я же знал, с кем лететь! |