Дельтаклуб «Альтаир» :  Посиделки :  Непутёвые заметки

Одаев 2015. Мемуары, впечатления.

Владимир Марчук



30 Апреля-1 Мая
Ехали в поездку на машине Димы Давыденко, три пилота, три дельтаплана. До последнего момента я надеялся, что поедем вчетвером, но не сложилось. Но по этой причине у меня с собой был двойной комплект продуктов. Кстати, прикинуть набор продуктов для поездки можно по списку, размещенному вот тут.
Так как машина у Димы – это слегка облагороженный «японский трактор», то мои тонкие намеки, что «лучшие дельтаплановозы» настоятельно рекомендуют ехать по более длинной, но ровной дороге через Ровно-Тернополь-Монастириське-Клубівці он отверг. Наверное из-за «гордыни джиперской» считал, что его «трактор» вполне проедет и по короткой дороге через Чуднов-Любар-Староконстантинов-Хмельницкий-Ярмолинцы-Городок-Гусятин-Чортков-Городенку. Как оказалось по факту – да, проехал. Но очень хорошо, что аппаратов у нас с собой было только три, а не четыре.
Итак, выехали мы ночером 30-го Апреля, вернее ранним-ранним утром 1-го Мая. Экипажем в составе Димы Давыденко, Вани Цуркана и меня. Проехали пару часов до Житомира и заночевали перед ним. На следующее утро раненько встали, оперативно перекусили и согрелись чаем, тронулись в путь.
После Житомира дорога стала заметно хуже, вся в недавно положенных заплатках, не до конца ровных, из-за чего машину покачивало и потрясывало, но высокие колеса легко проглатывали неровности. Закрались мысли о том, что если это «плохая дорога», то ее «плохость» сильно преувеличена.
Но после Любара дорога стала заметно хуже. Просто теперь на ней не было неровных латок, а были глубокие и частые ямы в асфальте, с вертикальными острыми краями. Скорость движения существенно упала, водителю приходилось много и резко маневрировать, что с учетом высокой подвески машины и высокого центра тяжести из-за трех аппаратов на крыше, иногда приводило к впечатляющим кренам и раскачкам. Но все равно частенько от ям увернуться не успевали, оставалось полагаться только на большие колеса с высоким профилем. Дорога постепенно становилась хуже.
Благодаря заранее проложенному и внесенному в GPS маршруту мы почти не блудили. Так, только пару раз пропустили нужный поворот – не смертельно. Два раза останавливались на перекус, но не злоупотребляли остановками - погрызли бутеры, перевязали дельтапланы и поехали дальше.
А дорога становилась хуже. Даже участок у моста около Устечко, за те десять лет, что я не бывал в Одаеве, существенно «объямился», покрытие пребывает явно в аварийном состоянии.
Тем не менее, доехали. Перед самым поворотом на Одаев с трассы Озеряны - Долына встретили двоих наших: Богдана Коваленко и Артема Кононенко, которые добирались поездом и на маршрутках, со «Студентом» в 2-метровом пакете. Они уже с пол дня тут сидели, успели даже аппарат в 6 метров собрать из транспортного пакета.
Приехали в середине дня, но пока подобрали добравшихся поездом, поставились, поужинали – вот и вечер настал. Уставшие, но довольные мы завалились спать.

Второе мая.
С утра дул явно нелетный Южный ветер, да и по прогнозам он обещал стать летным лишь третьего числа. Так что начало второго дня сборов потратили на обустройство быта, завтрак, и я рассказал про особенности полетов на дельтадроме Одаев. Рассказал куда летать можно, куда не стоит, куда нельзя. Отдельно описал нижнюю посадку, порядок захода и условия захода на верхнюю посадку. Под начинающимися осадками прошлись до верхней посадки, потом и до Могилы. Назад вернулись под линией кустов по кромке склона, я многократно предупреждал, что а этими кустами ротора, что соваться сюда нельзя ни при каких условиях, что здесь очень и очень опасно.
Потом пообедали.
А после обеда Дима собрал тех, кто еще не успел задрыхнуть (меня и Богдана Коваленко), и под моросящими осадками мы съездили в Исаков. Туда ехали по «верхней» грунтовой дороге, по той, что начинается перед Долиной и проходит по гребню берега Днестра.
В Исакове я снова рассказывал про особенности полетов уже на том дельтадроме, тщательно показал «авианосец», рассказал про порядок захода на него.



Отдельно рассказал про порядок и необходимые параметры для захода на посадку сверху, про построение захода в зависимости от направления «косяка», многократно и с примерами рассказал про опасность роторной зоны за кустами на кромке склона. Ну, и про нюансы старта тоже поведал. На фотографии виден старт и верхнее посадочное поле.



Кстати, поле засеяно рапсом (сурепкой). Потом, когда летали в Исакове, при приземлении эта культура никому не доставила сложностей, хотя выравнивать и выдерживать аппарат приходилось уже над уровнем ее верхушек, т.е. метрах на полутора. А вот нести по ней аппарат довольно тяжело, не смертельно, но и не легко. Но, как гласит мудрость, слышанная на заре моих полетов сверху: «Легче издалека нести аппарат с целыми стойками, чем близко, но со сломанными». Поэтому всем рекомендовал заходить подальше от кромки, по возможности – от ЛЭП, расположенной на задней кромке посадочного поля.
Назад из Исакова возвращались тоже по грунтовке, но проходящей по кромке полей. Оказалось, что она походит у подножия склона, развернутого на Юго-Запад. Его высота сравнима с Западным склоном в Ходосеевке, правда у подножия то препятствия, то широкая промоина-канава, а впереди то контрсклон, то контрполя. Но при сильном желании можно попробовать полетать там в динамических потоках обтекания.
Вечером Богдан Коваленко попробовал самостоятельно найти черемшу на ужин, но не преуспел. А еще сломался кронштейн хилой передней подпорки для дельтапланов на машине, благо, назавтра планировал приехать в Одаев Ярослав Козло, и он смог прихватить с собой нужное сверло и материал для изготовления кронштейна.

3 Мая.
С утра дул Одаевский ветер и вышло солнце. Пока мы проснулись, позавтракали, собрались, уже на старте крутились парики, приехал и Ярослав – тоже стал собираться.
Открыл полеты Иван Цуркан. Он тщательно «вылизывал» склон, но погода была слабовата – сел внизу. Ознакомительный полет засчитан.
Вторым летел тоже один из наших «Студентов» под управлением Богдана Коваленко. Он тоже хорошо и уверенно галсировал, но погода была еще слабовата – сел внизу. Ознакомительный полет засчитан.
Я не успел еще полностью собрать свой аппарат и подготовить подвеску, а Ваня уже вытащился снизу и был готов стартовать. Парящие парапланы внушали уверенность в том, что и его держать будет. И его, таки держало! Летать справа от старта, над Днестром, ему быстро наскучило, а вот слева, над посадочным полем, где парапланы висели повыше, показалось привлекательным. И он сместился в район бывшего коровника, там и галсировал. Но не заметил, что на тот участок склона наползла тень, парапланы снизились и смылись, а Ваню все держало выше кромки. Потом перестало держать и его, он успел здорово провалиться ниже склона, поэтому пошел на посадку вниз.
А в это время уже поднявшийся Богдан Коваленко, пребывая в расстроенных чувствах от того, что ему не удалось выпарить, попросил выпустить его снова в полет. Я удивился, что летит он, а не его напарник из экипажа – Артем Кононенко, но если договорились, то пусть летит. Богдан стартовал и начал галсировать хорошо, уже уверенно парил выше кромки. Понаблюдав за его поведением несколько минут, я отправился таки дособирать свой аппарат и готовиться летать.
Но оказалось, что еще рано. Ко мне подошел Ярослав и указал на сильно опасную манеру полетов «вашего дельтика», т.е. Богдана. Действительно, тот нагло и опасно залезал за кромку, с трудом пробивался из-за нее над кустами, но ему все везло. Как оказалось, рации клубные Дима в поездку взял, но я про них совершенно забыл и не «дал в ухо» Богдану. Оставалось наблюдать.
Но после пары особенно выдающихся фортелей «Студент» стал летать спокойнее, пилот явно понял, что за кромкой ему делать нечего, и довольно прилично себя вел в термодинамической погоде. Понаблюдав за ним долго, минут 5-10, я вернулся к сборке своего аппарата.
И снова не успел ее завершить – прибежал ивано-франковец (стыдно, но как зовут не знаю :-() и сказал, что наш «Студент» свалился в деревья на склоне. Побежали его спасать.
Богдан умудрился не выйти из левого разворота над деревьями перед огородами слева от склона, и в них же и упал. С трудом мы его обнаружили, с трудом подобрались к нему по очень крутому склону. Аппарат висел на деревьях, частично провалившись в их кроны, пилот висел на высоте 2-3 метра от земли и пытался отцепиться от аппарата и слезть.
Тут мы стали ему помогать. Пилот спустился быстро, а вот с аппаратом пришлось повозиться. Снимали втроем-вчетвером. Несколько раз гонцы бегали в лагерь за инструментом, одно сухое дерево пришлось спилить, но в итоге умение и ловкость ивано-франковского пилота позволили снять аппарат с деревьев, свести крылья и вытащить его на огороды сверху склона. Тут я оставил экипаж этого «Студента» заниматься его сборкой в 6-метовый пакет для транспортировки в лагерь и последующего тщательного осмотра каркаса, а сам вернулся к своему аппарату.
И снова пришлось вначале выпустить Ваню, потом и сам в воздух полез. Подозреваю, что на старте я некрасиво пихал трапецию, но это не со зла, а от влияния ступеньки Одаевского старта. Да, удалось проверить на Ване работу радиостанции – очень полезный прибор, особенно в начальных парениях. Помогает предостерегать учлетов от тактических ошибок и подсказывать верные тактические решения. Жаль, что про наличие в поездке клубных раций я узнал уже после «гнездового» старта Богдана.
Оторвался, поворачиваю вправо, влажу в подвеску. И не то, что бы в полной тишине, но прибор не пищит, а высота набирается. И тут я заподозрил, что на земле умудрился переключить его в режим отображения записей предыдущих полетов (Memo). Чувствительность пальцев в перчатках оставляет желать лучшего, немного психанув я просто пересбросил прибор через выключение/включение, запомнив, что после включения он показывал 40 с чем-то метров высоты тогда, когда я был чуть выше кромки.
Чувствую какое-то неудобство в ногах, но не критичное, лететь и управлять не мешает. Высота над склоном есть, надо бы застегнуться. И тут оказалось, что рукой в перчатке я совершенно не могу нащупать веревочку закрытия – сказывается моя пониженная чувствительность конечностей. Многократно пытался, но нащупать не смог, пришлось наклонять голову и смотреть на пузико подвески. А вокруг летали парапланы и несколько дельтапланов.
Увидев и вцепившись в закрывающую веревочку, потянул за нее. Но на середине ее хода она вдруг застопорилась, и молния на столько же не закрылась. Несколько раз попробовал дотянуть ее рукой, за собачку и за веревку – ничего не помогло. Ладно, колени не выпадают, продолжим летать так, на земле разберусь.
Летать доводилось не сильно высоко. Несколько десятков метров над кромкой, несколько раз крутил спирали, несколько раз выходил вперед через Днестр. Начал подозревать, что у аппарата присутствует небольшой правый крен – из правых разворотов он выходил с заметными усилиями, любой поточек стремился закренить его вправо, но никогда влево. Потом отвлекся и забыл о своих подозрениях. Заметил, что немного, но замерзли руки. Не ладони – они-то в перчатках, а сами руки, находящиеся в потоке. Оказалось, что комбинация гольф+флиска слишком хорошо продувается, от ветра не защищает ни разу. Ну что же, снова возникла необходимость в нарукавниках.
Погода шла волнами, периодически сменялась кризой, и тогда приходилось опускаться на один уровень с парапланами и лавировать между ними. В очередную кризу, чуть выше кромки пришлось отворачивать вправо на 180° от встречного параплана. И тут я оказался на встречном курсе с Иваном Цурканом. Теоретически, отвернуть должен был он, я шел правой консолью к склону. Но я был существенно далеко от кромки в поле, справа, между мной и склоном, был тот самый параплан. Я подумал, что уже подустал, что пора бы и попробовать садиться, что погода дохнет и сверху вряд ли получится – так что глубоко нырнул вниз и влево, уступая дорогу Ване. После разворота на 180° и выхода из пикирования обнаружил, что параллельно мне, но ближе к склону летит все тот же Ваня Цуркан. И высоты уже с полсклона, и погода дохлая…, ладно, садимся!
Пока летел в район выхода на поле дороги подъема, попробовал расстегнуть подвеску. Снова не смог найти раскрывающую веревку наощупь, снова пришлось смотреть глазами. А высота таяла. Попытка вынуть ноги показала, что правая нога запуталась за веревочку закрытия подвески. Секунду потратил на высвобождение ноги, ведь со спутанной ногой выполнить пробежку на посадке не смогу.
Правый разворот на посадочный курс из-за этого заложил энергичный, одновременно пытаясь перехватиться в вертикаль. Но тут возникла неожиданная сложность – руки замерзли (без нарукавников летел) и правая ладонь никак не хотела раскрываться что бы взяться за стойку, так, сжатой в кулак и оставалась. А крен уже вырос до приличного, а высоты оставалось немного, паническую мыслишку «Ща размажусь!» удалось задавить в зародыше. Пришлось вырывать аппарат из крена с левой рукой на спидбаре, а правой просто упираясь кулаком изнутри в стойку. Крен удалось исправить, хотя и развернуться успел градусов на 130. Но высоты на перехват ухе не осталось, садимся «на пузо», успел подумать, что нужно не забыть навиться на стойку.
Травка на поле все ближе, выровнял аппарат, чуть выдержал, выдаю трапецию за спидбар и кулаком правой руки пихая стойку сзади. И сразу же самострахуюсь за левую стойку. Легкий «Бум!», аппарат ткнулся носом в землю, но все целы. Бегом высвободился из под переднего левого троса, встал и обозначил свою активность для возможных наблюдателей моего «припланечивания».
Последующий подъем пешком в лагерь описывать не буду, но после него футболку на мне можно было выжимать. Сам проверил – снял и выжал – капало.
И после подъема меня снова ждал Ваня с просьбой выпустить его. Но парящая погода уже понемногу заканчивалась, он не сильно долго пошыряв около склона, потом пошел на посадку внизу.
В этот же день летали приехавшие с утра спортсмены: Матвеичи, Женя Лысенко и Паша Мазур. Насколько помню, то Жека Лысенко куда-то смог слетать по ветру с возвращением, а Ярослав Козло, летавший в этот день 2 раза, сделал маршрут на Ныжнив с возвращением, это было против ветра.
Удалось починить подпорку на Диминой машине с помощью полоски стали и сверла, привезенных Ярославом и тисков в ближайшей хате.

4 Мая.
Задул Исаковский ветер.
Собрали летные шмотки, погрузили их и 4 дельтаплана на Димину машину (вовремя подпорку сделали!) и приехали на Исаковский старт. Там собрались, я снова рассказал рассказки, теперь уже для всех учлетов, про особенности полетов и посадок на данном дельтадроме. И стали ждать усиления довольно слабого ветерка.



А он был на грани выпаривания по силе и немного, но косой по направлению. Мы ждали, надеясь на термичку.
А она не сильно усиливала ветер.
В итоге, прождали до послеобеда, ветер стал слабеть и косить, мы собрались и уехали в лагерь в Одаеве. Вторая киевская машина (Лысенко и остальные) хотя и приехала на старт, но даже не разгружалась.

5 Мая.
Не летали, но почему – не помню :-(. Наверное ветер был совсем вдоль.



Зато ходили на экскурсию к Дубу, лазили в несколько пещер, набрали много-много черемши на склонах черемшового оврага. Самым пронырливым оказался Артем Кононенко, он смог влезть в одну дырку на склоне, но вылез уже на вершине склона, даже Богдан Коваленко, блиставший скалолазными талантами, повторить это не смог, или не захотел. Ну и ладно, не за тем в Одаев ехали.



6 Мая.
С утра дул Исаковский ветер. Собрались, поехали, собрали аппараты, приготовились к полетам.
Первым выпустил Снова Ваню, наблюдая за его уверенным выпариванием в воздух полез и Артем. Памятуя о предыдущем опыте использования радиостанций, в этот раз «дал в ухо» ему. И пришлось довольно долго стоять на старте, наблюдая и изредка подсказывая ему как лучше лететь. А заметных ошибок он не совершал, летал ровно и безопасно. Периодически слышен был рев и свист разогнанного аппарата – Ваня дисциплинированно выполнял упражнение им. Русова: набирал высоту и стравливал ее длинным проходом на высокой скорости вперед против ветра.
Полез в воздух и сам. Весь настолько сосредоточился на том. Что бы не запутаться ногой в подвеске, да и двое учлетов в воздухе, да и довольно сложный Исаковский старт… Короче, прибор я снова забыл включить на земле и обнулить высоту старта.
После отрыва чуть просел, развернулся вправо вдоль склона, заметил выключенный прибор. Включил и на уровне кромки заметил, что на высотнике было около 20 метров, примем их за ноль.
Леталось довольно просто, потоки сходили частенько. Ветер, правда, был сильноват, поэтому и снос в спиралях значительный. А С-14 без полиспаста – это совсем на Combat.
Тем не менее, спиралилось довольно часто и результативно, но потоки приходилось бросать на высоте 200-300 метров, где скороподъёмность снижалась, а снос оставался значительным. Максимальный набор – что-то около 340 метров, снесся до ЛЭП на кромке посадочного поля. Дальше не крутился, ибо поток ослаб и мог закончиться, и тогда бы мне была единственная дорога – лететь по ветру через Исаков и за ним заземляться. А это было мне ни разу не интересно.
Зато погонял аппарат на скорости, возвращаясь после набора к склону. Аппарат довольно стабильно летел, раскачка или не проявлялась, или я ее давил в зародыше. Хотя небольшое кренение аппарата вправо все же заметил, да и в поточках аппарат всегда имел тенденцию к правому крену, и никогда к левому. Похоже, что правый крен присутствует.
Но летать особо не мешает, продолжим наши занятия. С воздуха наблюдал безопасные верхние посадки обоих учлетов – порадовался. У склона летали Combat-ы, все три, но как-то не особенно высоко. Я и не напрягался особенно, но как-то держался выше них метров на 100. От небольшой скуки пробовал выходить вперед, через Днестр. Но ничего особенного не нашел на его левом берегу.
В очередной раз пробился к склону не сильно высоко, метрах на ста. И попал в компанию невысоко летавших Combat-ов, кто-то из них даже выше летал. Но пока потоков как-то мало было, усталость дала о себе знать, пошел на посадку. Пара галсов перед ЛЭП, разворот на посадочный курс снова правый. И снова аппарат сильно накренился вправо, а одновременно выводить его и перехватываться не получалось – руки как-то ослабели, правая ладонь снова не разжималась что бы схватить за стойку, ЛЭП показалась настолько близка и неотвратима. Что я подумал про «человек-троллейбус». Но аппарат удалось вывести из крена, правда развернулся он успел не на 90, а на 130-140 градусов, но как раз оттуда и косил ветер. И снова низкое выравнивание, а я еще в горизонтали, и снова сил на перекат в вертикаль как-то не хватает, да еще опасаюсь что на высоте 2-3 метра над полем может и турбулентностью прихлопнуть, а я еще в перехвате буду… Сел в сурепку «на пузо». Все мягко обошлось, встречный ветер сильно помог. Через некоторое время Дима Давыденко по телефону поинтересовался моими делами, а то мой заход не выглядел однозначно хорошим. Успокоил его и потащился к старту.
Долго-долго выбирался из поля, но дошел. Немного пожурил находящихся на земле учлетов, что никто из них и не думал инструктору помогать, да и вообще, стоит помогать всем пилотам, севшим сверху.
Ветер на старте еще усилился, поэтому просьбу Богдана Коваленко впустить его я отклонил, предложив пообедать и посмотреть на развитие погоды.
И она не подвела, ветер поутих, и я выпустил Ваню, а потом и Богдана. Предварительно заинструктировав и уже обязательно «сунув ему в ухо» наушник радиостанции. Богдан летал хорошо, за кромку не залетал, а его попытки к ней прижаться я пресекал рыком в рацию. Потом он просто летал хорошо. Потом зашел на посадку сверху и сел. Хотя Развернулся против ветра рано, и высоко. Пришлось по рации направлять его посадочную прямую по диагонали к ветру, а не против – так бы он точно в роторную зону прилетел. Сел хорошо. Летал хорошо, но стоит больше внимания уделять построению захода на посадку сверху.
Маленький нюанс: Богдан стартовал в 14:45, пошел на посадку ровно в 15:00. А ведь он планировал уехать сегодня в Киев, и как раз прикидывал, что из Исакова ему стоит выдвигаться около 15 часов в Ивано-Франковск на поезд. Т.е. это «наглый и самоуверенный» учлет летал не «сколько получилось», а до заранее определенного времени, и сел потому, что время вышло. Что объективно указывает на качество погоды и возросшее мастерство пилота.
Снова полез в воздух сам. Леталось и набиралось легко, хотя уже и не так высоко, как в первом полете. Метров 200 с чем-то, а потом снос заставлял бросать потоки. Слетал через овраг на скальник слева – ничего особенного там не нашел. Зацепил поток у старта с сносился в наборе назад-влево. Пока решил оставить поток, был на 200+ метрах, развернувшись по ветру увидел выше и на встречном курсе возвращающийся (!) после набора Ванин «Студент». Т.е. он набрал и снесся дальше, чем я сейчас нахожусь, а теперь дисциплинированно возвращается к склону. Однозначно, по приезду в Киев ждет Ваню пересадка на следующий тип, из «Студента» он уже вылётывается.
От скуки снова ходил за Днестр, снова ничего не нашел, т.е. «нолики» во полях были, высоту держать удавалось, но раскрутить их до хоть как-то заметного потока не удавалось.
Заходить на посадку стал чуть повыше – кромку пересек на сотне метров, еще заранее расстегнул подвеску и убедился, что правая нога не запуталась за веревочку закрытия. Пока прилетел к ЛЭП, прибор показывал уже 129 метров над стартом! И несколько галсов над ЛЭП прошли под веселое пиликание и иногда молчание этого «брехунця», он устойчиво показывал 129-122 метра превышения, как раз через заднюю кромку посадочного поля проходили потоки от кромки склона и те, что сорвались с самого поля.
Галсировал над ЛЭП я долго. После десятка, прибор наконец-то показал начало снижения, еще несколько галсов – высота упала до 80-90 метров, а когда увидел на экране «всего-то» 66 метров, то стал вылезать из подвески, пытаться перехватываться, строить выход на посадочную прямую.
Перехватился высоко, но уж сильно не хотел оказаться в ситуации, когда «слишком низко». Крайний разворот пришлось делать правый, но контролировал крен, не допускал его чрезмерного роста. Против встречного ветра зашел хорошо, подготовился, но побоялся сильно выдавать трапецию, что бы аппарат не взмыл. Но слой заторможенного воздуха над сурепкой оказался значительным, из-за этого выдачи мне не хватило, ткнул аппарат носом в растительность. Да уж, посадки надо тренировать еще :-(
Снова долго выходил, но тут уже помог ранее приземлившийся Ваня. В отместку за это я выпустил его в полет, потом буквально «выпихнул» сильно сомневающегося Пашу Мазура. Уже не помню. Летал ли еще раз Артем, ЕМНИП летал.
Сели все сверху, собрались и уехали, а Жека Лысенко, таки улетел в Одаев в ноликах.

7 Мая.
Мокрый день, ездили на водопад Шешоры и на водопад Шепит.



8 Мая.
Летали в Одаеве.
Ветер начал задувать с утра, пока позавтракали и собрались – раздулся до среднего. Выпустил наших «Студентов», полез в воздух сам. Предварительно доработал на земле подвеску – укоротил резинку, поддерживающую веревку закрытия, надеялся, что это предотвратит попадание в веревку правой ноги. А прибор уже не забыл включить и обнулить высотник перед полетом.
На старте отрывался как-то «воздушно», показалось, что активно пихал ручку при перебегании кромки… Но прибор работает, высота для посадки сверху набирается легко, держится уверенно, поехали термалить. Тут уже однозначно почувствовал, что аппарат легко и энтузиазмом валится и вкручивается вправо, а вот в левом развороте его приходится придерживать. Однозначно, после посадки надо будет смотреть аппарат, выяснять откуда эта «правизна» взялась и ее исправлять.
Похоже, что погода еще не сформировалась – наборы были высокие, метров по 500 с чем-то, снос умеренный. Но правый крен :-(. Подвеска снова странно себя вела: вроде бы и застегивалась, хотя с чрезмерными усилиями и не до конца. Но потом самостоятельно расстегивалась до колен. Пробовал несколько раз, результат был одинаков. Устал бороться с правым креном, подвеской, и вообще – раньше сяду – больше будет времени облетаться после починки.
Зашел и сел хорошо, не помешало даже то, что нога, таки заскочила за веревку закрытия. Выпутался спокойно, высоковато перехватился, нормально снизился и хорошо сел. Тащиться через село «по главной улице с оркестром» было не очень легко, но Ваня помог.
Запустил учлетов и подразобрал аппарат для выяснения причин крена. Начал с лат и не прогадал. Четыре из восьми лат правого крыла были заметно разогнуты, по сравнению с левыми. Перегнул их по левым, восстановив симметрию, и снова полез в воздух. В процессе сборки аппарат наблюдал «паровоз» аппаратов, явно уходящих на маршрут, под ним крутились наши «Студенты», явно выше, чем мне удавалось набирать сегодня. Ванина фотка:



Заодно не забыл убрать укорот резинки, поддерживающей веревку закрытия. Подозреваю, что самооткрытие молнии производила именно она.
Латы перегнуты симметрично, аппарат собран, пора и мне в воздух.
Удивлен, но похоже, что после выравнивания лат крен исчез. Как мин. Если он и остался, то для его обнаружения приходилось сильно «прислушиваться». А так аппарат летел ровно, вертелся симметрично, подвеска закрывалась и открывалась штатно. Только вот погода уже немного подсдохла, еще удавалось набирать до 400 метров, но на этом потоки однозначно заканчивались :-( И если днем самым работающим участком было место «полдороги до Могилы», то во второй половине потоки приходилось искать по всей Одаевской подкове. И они находились перед стартом, у Могилы, метров на 400 правее Могилы, в большом овраге слева от старта. Но все потоки поднимались на выше 400+ метров.
Рядом крутился Женя Королев, его успехи в наборе высоты были немного получше, но именно немного. Слетали вперед, против ветра на Горыгляды, надеясь подобрать потоки с полей перед Горыглядами. Но ситуация и там была похожей: слабая термичка, заканчивающаяся на 400+ метрах. Похоже, что улетный «пых» я прозевал на земле :-(.
Еще долго «ездил» вдоль склона, потом мне это занятие надоело, пошел на посадку и хорошо сел. В этот раз заходил на зеленое поле поближе к селу, а не на вспаханное. И как и ожидал – «колбасило» над «зеленкой» значительно меньше, вернее, термичка совсем не мешала посадке, в отличие от прошлого захода на черное поле. Лишний раз убедился в правдивости теории.
Дойти к лагерю помог Артем, что было совсем не лишним, все же усталость без привычки поднакопилась.
Насколько помню, Ваня Цуркан еще раз попросил его выпустить, и «побарахтавшись» с парапланами на уровне склона сел внизу. Погода окончательно уходила, назавтра ожидался Восточный ветер, решили ехать и посмотреть- полетать в Луквице.

9 Мая.
Встали рано, в 6:00. Поели, собрались, загрузились, и в около 8:30 выдвинулись в Луквицу. Ехать до нее было 90 км, я сидел в машине с Ярославом Козло, который довольно шустро гнал по местным дырявым дорогам. Дима Давыденко старался не отставать, ибо дорогу не знал. На одном перекрестке Ярослава стопнул любопытный ГАИшник, но услышав про «дельтапланы», «на полеты», «вон команда едет» (на перекрёсток как раз приехали Димин джип и Жекин дельтаплановоз, суммарно на них лежало еще 7 аппаратов), тут же отвял.
Приехали на базу «Чота крилатих», выкинули нелетные шмотки, перераспределили аппараты на прицеп трактора, затаскивающего их на старт, поехали. Мне досталось место ехать стоя на сцепке трактора – романтика :-)



На промежуточной базе, куда еще могли доехать легковушки, мы их оставили, а трактор поволок прицеп на старт. Дорога иногда была уж очень крута. Когда по приезду мы обнаружили на старте Димину машину, которую Дима завел туда своим ходом, я сильно зауважал их обоих, Диму и машину.
В несколько ходок трактор поднял остальные аппараты, первые уже успели собраться, место для сборки было не много, но достаточно для 10-11 дельтапланов.
Получили инструкции от Саши Красилыча про посадки внизу, куда стоит лететь при каком развитии погоды, ждем… Если честно, то посадочные площадки, до которых лететь 1,5 км через часть села с огородами и ЛЭП, напрягали. Хотя и превышение старта было 200 метров. Но я знаю, как быстро можно эту высоту потерять в попытках найти термики, а оказаться над селом без высоты мне сильно не хотелось.
Первым полетел Жека Королев. Порассекал на высоте старта и сел на седловину под ним. Сел «в склон» с ветром в хвост. Как-то погода и такие перспективы не вдохновляли.
Долго ждали погоды.
Стартовал Олег Матвеев, наборов не нашел, просел, улетел в сторону посадки и еще долго сбрасывал высоту над площадкой. Но то Матвеев на Combat-е, а как долетят «Студенты»?
Еще подождали.
Запросился и полетел наш Ваня. Попробовал поднабрать у склона, ничего не нашел, полетел на село. До штатной посадки не дотянул, садился немного раньше, на огород с уклоном вниз и деревьями внизу. Долетел до них, но смог поместиться в промежуток деревьев, сел безопасно.
Поднявшийся Жека Королев стартовал снова, сумел раскрутить какие-то «нолики» над долиной, набрал пару сотню метров превышения над стартом, улетел садиться на базу «Чота крилатих».
Потом еще несколько спортсменов улетели вниз, все дотянули до площадки с хорошим превышением. Артем Кононенко на «Студенте» решил лететь максимально надежно, забрал немного левее для того, что бы сбоку вылететь из площади, охватываемой ЛЭП, сел хорошо, но далековато от дороги.
Тут и моя очередь лететь.
Решил не пытаться искать потоки у склона, а тянуть в сторону посадки. Наткнусь на поток- попробую обработать. Не наткнулся. До штатной посадки дотянул с минимальным превышением, заход выполнял сходу, не сбрасывая высоту. И как-то провтыкал направление ветра на посадке, садился по диагонали на подъем и с боковиком, не смог нормально выдать – ткнул аппарат носом в землю. Работать над посадками надо еще.
Остальные слетели безопасно, Паша Мазур завершил старты, сел недалеко от Артема.
Собрались, погрузились на машины, поехали на базу. Там наш экипаж догрузил машину вещами, перетянул аппараты, получили от Степана Красилыча кусок козьего сыра в дорогу и двинули домой.
В пути по длинной, но ровной дороге через Ровно-Тернополь проблем не случилось, только пока выезжали из Луквицы успели согнуть подпорку. Выправили согнутое, усилили уголок свежесрубленной палкой и поехали. Дальше доехали без проблем.